Изначально братьям Васильевым предложили снять немое кино. Киновед Виктор Шкловский в документальном фильме «Жили-были» подтверждает это:
«Следующую картину им дали «Чапаева», только немой. Когда они начали снимать, директор, это было смелое время, начал снимать немую картину как звуковую, потому что выходит. Потом картина, значит, была сдана. И мы посмотрели, был Добров тогда был директор кино, и он сказал: «Ну, что ж, в клубном прокате пройдет, но свои деньги мы не вернем». И потом оказалось, что это «Чапаев».
Григорий Яковлевич Франк в книге
«Шесть бесед о звуке« так описывает одну из сцен фильма:
«Очень известна сцена из фильма «Чапаев» (режиссеры братья Васильевы, звукооператор А. Беккер). Полковник Бороздин играет на рояле «Лунную сонаты». В этой же комнате его денщик натирает пол. Размеренное движение ноги, сумрачное лицо денщика. Его взгляд падает на лежащую на столе бумагу с резолюцией Бороздина: «Подвергнуть экзекуции» (это о брате денщика, мы знаем, что по приказу Бороздина он был выпорот шомполами и тяжело заболел). Снова лицо денщика. Мы не знаем еще, что случилось с его братом, но уже чувствуем, что произошло что-то непоправимое. Ритм сцены спокоен, размерен, и это еще более подчеркивает тревогу. Полковник продолжает играть. В кадре виден только затылок Бороздина. Звучит «Лунная соната», и вдруг, словно выстрел, резкий сухой удар. Кажется, что сейчас смертельно раненный полковник свалится со стула, но вот он медленно и очень спокойно повернул голову, и мы видим, что денщик не стрелял, а всего лишь уронил на пол щетку. «Умер брат Митька…», — ответил он на вопросительный взгляд полковника.
Точно смонтированные кадры ритмически выверенной сцены, сугубо мирная музыка и, наконец, звук, вызывающий прямую ассоциацию с выстрелом, — контрапункт изобразительного ряда и звукового решения делают эту сцену предельно напряженной и драматической".
Александр Михайлович Беккер имеет достаточно обширную фильмографию и пробовал себя в разных жанрах. Помимо художественных и документальных фильмов — как полнометражных, так и короткометражек — он стал звукооператором мультфильма, фильма-балета, а в последний год жизни начал работать в дубляже.
В 1950 году он получил медаль «За трудовое отличие», которую давали за выдающиеся заслуги в развитии советской кинематографии в связи с её 30-летием.